Традиционные, домодерновые общества связывали своё будущее с внешней средой, от которой сильно зависели. Все боги управляют природой, её частями и проявлениям, и через это определяют жизнь человека. Изменить мир возможно только их милостью, через благоволение Фатума: человеческое усилие здесь не столько в труде, сколько в молитве и жертве. Вопросы полиса решал жребий. Власть вне [человеческого] контроля.
Возвышение цивилизации над природой, с увеличением управляемости близкого человеку мира, привело к конструкциям вида "наместников бога на Земле" и "божественного права королей". Правители стали весомее самого бога. Социальное состояния оценивалось в терминах "кто там царь", изменение состояния требовало смены фигуры правителя. "При Екатерине-то было лучше". Для индивида в феодальной иерархии двигаться к изменению означало вести карьерную борьбу. Для индивида на её дне - [некрепсотным] крестьянам, можно только переходить от одного феодала к другому в Юрьев день. Власть - контроль над объектом.
Эпоха Просвещения, промышленная революция привели к увеличению количества ресурса в обществе, причём ресурса децентрализованного. Буржуазия потеснила из схемы миропонимания бога, заместив его cogito, а из схемы власти - наследственную поместную аристократию, привязанную к земле и ренте с неё, перекрыв эту ренту рентой с подвижного промышленного капитала. Рационализация мира - позитивистская наука, стала главным методом объяснения и изменения мира, окончательно вытеснив божественную волю. Социум стал пониматься в терминах "общественного строя" - социализма, капитализма и пр. - демифологизированных, деперсонифицированных конструкций. Властные отношения материализовались в "общественные договоры" разного калибра, ставшие главным рациональным протоколом изменения социума человеческим усилием. Власть - контроль над логистикой и положением объекта.
В Постмодерне рационализация переварила всё и принялась за саму себя (деконструкция Дерриды). Мир понимается в терминах не науки, смотрящей в мир "непосредственно данного", а в терминах "опосредованно данных" интерпретаций. Бог, царь и разум умерли. Изменение мира - это прежде всего изменение дискурса в достаточно массовых масштабах, чем заняты медиа-холдинги и сетевые манипуляторы. Власть стала контролем над представлениями субъекта об объекта и его положения, в пределе избавляясь даже от необходимости иметь какой-то объект. Достаточно представления, симулякра, дериватива. Понимать социум в терминах "социальных строев", движение к которым лоббируют "политические партии" стало бессмысленно. Разнообразие социумов мультиплицируется разнообразием оценок их состояний. Деспотия для одних - свободное общество для других, и наоборот. Модерновый объектно-зависимый консенсус уничтожен манипуляциями представлением. Но Постмодерн не имеет в себе созидательных средств. Он деконструирует, не имея средств пересборки. Поэтому, это короткое и преходящее кризисное состояние.
Движение из постмодернового хаоса в новый эон будет опираться на технологически-зависимое и знание-центричное мировоззрение. Границы управляемого социумом пространства будут пролегать не под территории (как в Премодерне) и не по рынкам (как в Модерне), а по человеческому вниманию, по группам управляемых представлений индивида, определяющих его поведение. Мыслить перспективные состояния общества следует не в терминах объекта - где мы и как что имеем; не в терминах отношений - какой у нас консенсус относительно того, где мы и как делим, что имеем; а в терминах управляемого знания: технологически производимых и размещаемых представлений, определяющих далее и конфигурации консенсусов, и объектные ситуации.
Вместо ожидания "хорошего царя" или рассуждений о коммунизмах и правах человеков, следует начать проектирование общества с технологическим регулированием.