К определению «философии действования» из отношения к реальностям

В качестве реакции на размышления hitthelimit о «Парадоксах реальности».

Современный рацио слишком занят переработкой восприятия, на построении сложных рефлексий и многоуровневых абстракций. Но какие бы высокие эти абстракции не были, они изначально стоят на феномене, на факте получения извне сигнала на перцептивном входе сознания, являются производными из него в спектральном смысле. То, что часть поступающего спектра сложным образом наводится внутренними резонансными системами (назовём этот процесс галлюцинированием), роли пока не играет.

Имея этот однонаправленный поток трансформации восприятия в рациональные конструкции, в «понимание», рацио всегда пытался пройти «против течения», как-то зафиксировать источник сигнала, стоящий вне восприятия и восприятие обуславливающий. Но это принципиально невыполнимая задача, ибо как только рацио что-то фиксирует как часть своего состояния, факт восприятия, со всеми своими трансформациями сигнала, имеет место, и следовательно, никакого движения «назад» по траектории изменений не происходит.

А если, приняв это ограничение, в этом движении «обратно в реальность» пытаться выйти за рамки перцепции, то вся эта цепь рушится, и рацио останавливается, ему нечего перерабатывать — против течения не попрёшь. Медитаторы, сидящии в позах лотоса, этим и занимаются — останавливают ум.

Компенсировать такую «субъективность» феноменов, узость частного спектра, и тем добраться до «абсолютной сути», обычно пытаются повышением уровня абстракции, накоплением более широкого перцептивного поля и более развитым его обобщением, и потом называют это обобщение «сутью вещей», хотя этот рациональный конструкт есть ничто более, как выделенная общая часть регулярного перцептивного спектра, существующая на рациональной шине, от остального поля отличающаяся уровнем обобщения, плотностью рефлектируемого разнообразия.

Социальное соглашение — это метод увеличения площади перцептивного поля и согласования моторных реакций индивидуумов, и к нахождению «сути» не приближает никак. Выдавать «общественное мнение» или «здравый смысл» за эту неуловимую «суть» — это метод организации общества, а не научного поиска.

«Доказательство», как метод, родилось из попыток выстраивать резонансы между отдельными рациональными конструктами в устойчивые цепи, которые остаются непротиворечивыми при сопоставлении этой общей части с текущим потоком феноменов. Метод несомненно имеет ценность в некоторых рамках, но, как и всё в этом мире, теряет её, когда эти рамки превозходятся. Выкрутасы вида «верификации» и «фальсификации» — это попытки продлить «доказательству» жизнь и область применимости.

Но решение простое.

Всякая система управления может быть представлена в виде простой цепи (для нашего случая этого достаточно): рецептор-процессор-эффектор или «перцептивный вход»-«вычислитель поведения»-«моторный выход». Ну и обратная связь через среду.

Все выстраивания представления о «реальности», как часть самокоррекции управленческих алгоритмов процессора, были попыткой компенсировать разнообразие неустранимых искажений, вносимые рецептором, используя спектры, полученные от самого рецептора. Цивилизация поимела много радостных мгновений, связанных с этими попытками.

Но есть и другой путь — не бороться с искажениями путём накопления и обобщения, какждый раз вычисляя ошибку восприятия относительно центра распределения ошибки, делая вид, что этот центр и есть до-перцептивная «суть». Не сражаться с ветром, а слиться с процессом — пойти в сторону эффектора, в сторону мотора. Это и есть «философия действования». «Реальность» приходит со стороны рецептора, «действительность» уходит с мотора. Картина мира, которая нужна процессору, строится не столько в терминах перцептивного опыта, сколько в терминах целей, аттракторов действия, намерения, воли. Все феноменологические парадоксы дохнут, как мухи. Искажения рецепторов компенсируются не компенсируясь, ибо в этом случае нет нужды выстраивать некую «истинную картину мира», это теряет смысл, есть лишь необходимость выстроить целесообразную деятельность, оперируя аттракторами (и их рефлексиями, как аттракторами рационального сознания).

Этот манёвр Кастанеда называл «разворотом сталкера» — «разворачивание лицом к наступающему времени». Та область осознания, которая лежит «впереди», мало присутствует в имеющихся на данный момент рациональных порядках, и в них плохо синтаксически укладывается. Управленческие паттерны процессора, связанные с целеполаганием и намерением развиты относительно бедно по отношению с теми, которые опираются на «феномен» и «анализ».

Но главное не в том, чтобы свой рацио перестроить на новый лад, для пущего гламура, а в том, чтобы действильно решить ряд важных жизненных проблем, локальных и глобальных. И это решение, эта практическая деятельность, в некотором смысле неотличима от самого человека и его сознания: изменения сознания и изменения цивилизации идут вместе.

К определению «философии действования» из отношения к реальностям: 1 комментарий

  1. iter ignis Автор записи

    Смысл подхода в том, что если внутри себя осознать эту самую трёхчастную структуру «рецептор-процессор-мотор», то окажется, что помимо построения управления (в процессоре) на феноменологических основаниях, т.е. продуктах рецептора, возможно построение управления на, скажем, телеономии аттракторов. Последний термин может быть как угодно коряв, но имеющаяся у нас лексика и синтаксис не имеют для этого меток. Это можно назвать ещё «артефактом намерения» или «фокусом воли», как угодно. Это НЕ феномен, если под последним понимать именно продукт восприятия, но если всё, что может потреблять наша рациональная машина — это феномены, то отражение «моторной» области — это «шестое чувство», интуиция или что-то подобное, некий не вполе легитимный для современной науки сенсор, для изучения и использования которого пока нет инструментария.

    Интуицию (хотя я не пользуюсь этими терминами) ещё называют ПРЕДвидением, но это, конечно, не визуальное восприятие. Можно сказать, что это схватываение «обратной волны», движущейся из будущего (потенциального поля деятельных аттрактров) против времени, если понимать под последним способ, каким процессор упорядочивает цикличность «прямой волны».

    Отличие в том, что феноменология в принципе стоит по другую сторону процесса, и все проблемы, связанные с перцептивной сборкой и рациональной интерпретацией, по меньшей мере уменьшаются. Процессор обретает точку в пространстве состояний, относительно которой может управлять своей феноменологией, своим интерптертационным аппаратом. Он её имеет и сейчас, в какой-то мере: мы, несомненно, можем и корректируем своё восприятие в каких-то границах. Но данный метод, с одной стороны, осознанно фокусируется на развитии практики, накопления разнообразия состояний, именно в «моторной части», области интуиции чортёеподери, и, вводя соответствующие рациональные порядки, включает эти моменты в рефлексивные контуры, что усиливает процесс. Этот метод не открывает нечто новое в человеке, но доводит количество до перехода в новое качество: приводи к относительно новому способу смотреть на мир и управлять им. В первую очередь — в терминах «намерения», «целей», «воли», «действия» и пр. и только во вторую — в синтаксисе идентификаций, классов, феноменов, квалиа, отношений и т.д.

    Ваша формулировка «феноменология реальности сводится…» смотрится неудовлетворительно в том числе и по причине того, что вы пытаетесь «свести к феноменологии», а это только [левая] часть процесса.

    Можно стырить у Лао Цзы первую строфу из «Дао Де Цзин», и перекроить эту парадоксальную фразу в вид «Действительность не является реальностью». Эта фраза позитивна (настаивает на различении в некотором синтаксисе) в том смысле, что между полем действия (действительностью) и полем восприятия этих действий (реальность) можно осознать разницу. Но эту разницу нельзя воспринять, ибо воспринятое сразу становится частью реальности. И она негативна (противоречива в этом синтаксисе, для корректности требует более широкого, отрицает различение) в том смысле, что действительность таки является реальностью, ибо только как проявленная, воспринятая, она может стать реальностью.
    Эти два принципа я называю позитивный — Принципом Преодоления Описания (ППО) и негативный — Расширенным ППО.

Добавить комментарий