Две философии

Есть две философии.

Философия первого рода — философия созерцания, исскуство разнообразия и наука накопления. Созерцательная софия наслаждается изысканным текстом и самим течением мысли в стремнинах и разливах ума. «Око разума» созерцает сущее и бытие, атомы и идеи, субъекта и объекта, Dasein, ризому и Иного, расцветает сотнями доктрин, которые могут отличаться друг от друга единственной деталью. Но каждая из них ценна — ибо расширяет пространство созерцания.
Философия первого рода требует от философа энциклопедичности, лиричности и словоохотливости — без этого текст однообразен и скушен, мудрость без красок не увлекает. Созерцательный философ эмоционален, и ему нужен достаточно богатый интеллектуальный материал для конструирования текста, чтобы его чувствования могли там уместиться во всё разнообразии оттенков. Философия созерцания должна покорять сердца через ум и должна упражнять ум концептуализациями ощущения и чувствования. Чем более разнообразно это поле, тем лучше, и потому всякое столкновение доктрин, рождающее из себя новую поросль созерцателей и созерцаемого — есть благо.

Философия созерцания относится к человеку, как любимому объекту наблюдения; греки подходили к  нему издалека и с уважением, постмодернисты приблизились настолько, что потеряли за деталями видение целого, объявив о смерти человека.

Философия второго рода — философия действования и порядка. Добродетель этой философии — не производить разнообразие, а ранжировать, связывать, нацеливать его. Упорядочивать хаос и обращать его в космическую работу. Она переоценивает конфликт, не устраняя, но вкладывая его целиком, с живенькими оппонентами, в превозходящий порядок. Философия второго рода может использовать текст в качестве формы самовыражения, но не тождественна тексту. Она нуждается в целеустремлённом жесте. Философия действования обращается не к мыслящему, а к действующему человеку. Cogito ergo sum – это становится слишком узкой самоидентификаций: существование человека не сводится к только мышлению. Более того, само понятие «существования», которую породила созерцательная философия, становится узким. Вопрос о существовании или не-существовании теряет смысл, на его место приходит вопрос о цели и методе. Онтология, учение о созерцании предельного, перекрывается телеономией – порядком целей и законом действия.

Философия действования относится к человеческому поступку, как архитектурная наука – к уложению камня в стену строения. Её интересует этот поступок, и только он, но не в узком бихейвиористском смысле, а обрамлённый космическим контекстом, стоящим в в своём предельном размахе, в неразрывной связи с вечным изменением мира.

Философия действования требует от философа лаконичности и ясности, возможно даже – текстового аскетизма; необходимость в модульном и компактном оформлении концепций — это требование воина к своему оружию. Но прежде всего существует требование целесообразности и высшей практичности, когда даже для самых абстрактных понятий осознаётся целевой контекст и есть путь превращения их в сильный поступок. Созерцательная философия любит поступки, как хорошее зрелище; философия второго рода живёт в ткани действования, менятся вместе с ним и направляет его. Философия созерцания не знает целей, хотя может наблюдать и описывать мотивы; философия действования не отделяет цель от действия и цель от мира; мир есть целеустремлённость.

Две философии: 6 комментариев

  1. Уведомление: Мужская и женская философия | Философия Действования

  2. Николай

    А могли бы Вы провести краткое распределение нескольких философов 19 — 20 вв. на созерцательное и деятельное направлении?

  3. iter-ignis

    Французский постмодернизм vs Карл Маркс и Эрнст Юнгер. Наверное, самое рельефное.

  4. Николай

    А небезизвестного Вам Сергея Аркадьевича Дацюка, Вы бы куда отнесли?

Добавить комментарий